Декабрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  
Свежие комментарии

    Дэвид Уилкок. Космическое Раскрытие – 2: „Техники дезинформации“. Интервью Джорджа Нури с Эмери Смитом

    Д.Н.: Добро пожаловать на Космическое Раскрытие! С нами Эмери Смит. Дезинформация: она используется ежедневно, как в связи с общественностью, так и внутри тайных программ. Эмери, с возвращением.

    Э.С.: Спасибо за приглашение, Джордж.

    Д.Н.: Эмери, программы дезинформации… Конкретно, что это такое?

    Э.С.: Программа дезинформации действует постоянно, все время, с помощью военных, как в среде общественности, так и в раздробленных проектах, когда связана с разведкой и тем, что пытаются скрыть от других подразделений. Поэтому первый раз, когда я столкнулся с дезинформацией… Мне говорили, что все существа, с которыми я работал… Около 3% из них будут подделками и что я узнаю, какие настоящие, а какие фальшивые.

    Д.Н.: Не может быть?

    Э.С.: И мне не разрешалось спрашивать, не подделка ли это. А всё для того, чтобы убедиться в том, будете ли вы держать рот на замке и отслеживать других людей, занятых в проектах… Скажем, вы смотрите на космический корабль. В корабль могут поместить что-то, что не увязывается с ним, чтобы посмотреть, как вы на это среагируете в компании с другими людьми, несмотря на то, что не являетесь частью команды, работающей именно с этим фрагментом корабля…

    Д.Н.: Понятно.

    Э.С.: …просто посмотреть на вашу реакцию, подслушивать разговор в кафетерии, прослушивать ваши телефонные разговоры и все такое. Поэтому дезинформация – это на самом деле часть контракта, который вы подписываете, когда вас берут на работу. То есть, вам говорят, что не будут вас дезинформировать, но реально всё ТАК И БУДЕТ.

    Д.Н.: Вы когда-нибудь пытались это исправить?

    Э.С.: Ну, если и пытался, то совсем немного. Вам никогда не говорят, что они делают. Такое происходит очень часто. Я знаю об этом не только на собственном примере, но и слышал от многих моих коллег, работавших в подземных сооружениях. Например, вы видите существо, возможно, в 10-и м от себя или немного дальше, которое просто…

    Д.Н.: Достаточно далеко…

    Э.С.: …просто достаточно далеко…

    Д.Н.: … от вас, не так ли?

    Э.С.: Знаете, два охранника ведут похожее на рептилоида существо через вестибюль и делают это на ваших глазах.

    Д.Н.: Мог ли это быть кто-то в костюме, чтобы сбить вас с толку?

    Э.С.: Вот именно. Это на случай, если, выйдя в вестибюль, вы поведете себя неверно, после чего люди никогда не поверят вашим последующим рассказам.

    Д.Н.: Ага.

    Э.С.: Знаете, они хотят, чтобы вы выглядели немного свихнувшимся. Желательно убедиться, пойдете ли вы определенным путем, напишете книгу, чтобы объяснить то, что видели, или поделитесь информацией с другими странами или агентствами и все такое. Когда вы покидаете проекты, обычно за вами следят 25-30 лет. Время от времени вам наносят визиты, чтобы просто дать знать, что вы пребываете под наблюдением, но не слишком вас травмировать.

    Я никогда не говорил ничего, что могло бы, например, подвергать опасности общественность, меня, вас или организации, с которыми работаю прямо сейчас. Поверите Вы или нет, но многое из того, что я рассказываю, относится к старым представлениям, оно – устаревшее знание конца 80-х начала 90-х годов. Поэтому их больше беспокоит, когда я рассказываю о способах исцеления себя или путях создания свободной энергии, чем об инопланетянах.

    Д.Н.: Программы дезинформации нацелены и на общественность?

    Э.С.: Безусловно. Возьмем, например, крушение в Розуэлле. Пожалуй, это самый вопиющий пример. Сначала, видит Бог, вам предоставляют всю документацию, а затем следует: “Ох! Это метеорологический зонд!” И все для того, чтобы ввести в заблуждение общественность.

    Д.Н.: Подставные лица, не так ли?

    Э.С.: Верно.

    Д.Н.: Подставные лица.

    Э.С.: Да. Это такие люди… В конкретные раздробленные проекты специально нанимают людей, которые всё записывают и оставляют файлы на виду, чтобы посмотреть, не собираетесь ли вы их открыть и посмотреть в компьютере, что в них содержится, или посмотреть и прочитать что-то, на самом деле фальшивое.

    Д.Н.: Зачем существуют программы дезинформации? Изначально, чтобы исказить истину, исказить факт и представить истину ложью?

    Э.С.: Не обязательно. Большую часть времени это делается в целях разведки и безопасности людей, всех сотрудников и всех, кто работает на них.

    Д.Н.: Не доверяют никому.

    Э.С.: Они не… Никто никому не доверяет. Именно поэтому все находятся под наблюдением и подвергаются проверке. И в то же время, большая часть историй утекает по выбору в СМИ или к общественности. Кое-чему позволяется выходить на поверхность. Человеку разрешаться заводить файл. Потом, через, скажем, 5 лет, он передает информацию кому-то другому. Затем она попадает в известный мир, потому что на ней имеется штамп Армии Соединенных Штатов.

    Д.Н.: Конечно, верно.

    Э.С.: Я ненавижу об этом говорить, но знаю, что у моих коллег имеется обширная документация из прошлого, которая может быть правдой, а может, и нет. Очень трудно сказать, правда это или нет, так как всё может выглядеть как настоящий документ с печатью, а может, и не быть реальным письмом. Он вполне может оказаться инсценированным событием.

    Д.Н.: Господи, прибегают к подобным крайностям?

    Э.С.: Да.

    Д.Н.: Кто занимается программами дезинформации? Кто их создает?

    Э.С.: Ну, Джордж, есть организации, которые специально нанимаются и с которыми заключаются контракты на написание фабул, продуманных на много лет в будущее. Это не просто: “Ох, мы хотим, чтобы это послание появилось в следующем месяце”. Я говорю о 5-ти, 10-ти, 15-ти, 20-ти годах вперед. Имеется потрясающий объем дезинформации, готовой к распространению, не только среди самой армии, среди командиров…

    Д.Н.: Понятно.

    Э.С.: …но и среди широкой общественности.

    Д.Н.: Пропаганда?

    Э.С.: Ну, в некотором смысле пропаганда, потому что многое… Возможно, чтобы получить деньги для большинства таких организаций, им придется прибегнуть к объявлению борьбы с неизвестным террористом. Или для чего-то вступить с кем-то в войну. Или спланировать мнимое инопланетное вторжение, или приближение астероида.

    Итак, нам нужны деньги, чтобы отправиться в космос и разместить особые спутники, скажем, с ракетами на них, хотя там всё это уже есть. Это просто способ переключения внимания общественности, поскольку нечто ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СЕРЬЕЗНОЕ происходит здесь, и мы не хотим, чтобы кто-то об этом знал.

    Д.Н.: Сегодня такая дезинформация называется “ложными новостями”?

    Э.С.: Да. Я имею в виду, что это определенно ложные новости Планеты. И не просто здесь. Повсюду. Я имею в виду, например, то что произошло с Проектом Раскрытие. Несколько месяцев спустя он распускается.

    Д.Н.: Да.

    Э.С.: Поэтому, это сдвиг, переключение: “Эй-эй! Мы не можем допускать космонавтов к мировой прессе, к самому крупному наблюдаемому движению в прессе, чтобы они рассказывали о чем-то, потому что сейчас нам следует получить ответ на что-то другое. Поэтому давайте перейдем на другой проект с целью переключения внимания общественности на то, чтобы быть настоящими американцами и спасать мир от террористов”. Это отвлечение вашего внимания на что-то “очень-очень важное”. “Знаете, в мире вершится самая крупная история, но пока мы не хотим, чтобы вы о ней знали”.

    Д.Н.: Это как ловкость рук, не так ли?

    Э.С.: Безусловно.

    Д.Н.: Вас когда-нибудь использовали в программах дезинформации?

    Э.С.: Никогда. То, что я рассказываю, – это именно мое видение, именно то, как я был вовлечен в эти корпорации и правительство. Никто и никогда не приближался ко мне, чтобы говорить одно или другое. Я имею в виду, что я единичный мятежник.

    Д.Н.: Но ведь Вы работали в таких программах?

    Э.С.: Не в программах дезинформации.

    Д.Н.: Понятно.

    Э.С.: Я участвовал в программах, где имелись специалисты-дезинформаторы, чтобы обеспечивать…

    Д.Н.: И Вы об этом знали?

    Э.С.: Да-да. Определенно знал. В нескольких контрактах даже указывалось: “Знаете, вас БУДУТ дезинформировать в целях безопасности и разведки”.

    Д.Н.: И что Вы при этом чувствовали?

    Э.С.: Это было замечательно, так как, несмотря на то, что я работал с существами и 3% из них определенно были не тем, кем им предполагалось быть, оставшиеся 97% были потрясающими.

    Д.Н.: С людьми, внедренными с целью дезинформации, работали какие-то особые люди? Например, кое-кто называет их “манипуляторами”.

    Э.С.: Насколько я знаю, нет. Ко мне никогда не подсаживали кого-то, чтобы наблюдать за мной. Прямо сейчас у меня есть контакты с научными советниками, военными советниками, инструкторами, с которыми я работал много лет назад, и они всё еще мои друзья. Я их просто глубоко уважаю. Конечно, они могли бы сказать: “Эй, Эмери, возможно, тебе не следует говорить о том-то, том-то и том-то”. Но все они руководствуются моими интересами и безопасностью.

    Д.Н.: Дезинформация здравая и важная?

    Э.С.: Я не усматриваю в ней ничего позитивного до тех пор, пока речь не заходит о хранении чего-то в секрете, что могло быть использовано против нас. Полагаю, что в таком случае дезинформация бы пошла лишь на пользу. В общем и целом, общественности лучше говорить правду, особенно о том, что происходит на самом деле. Но если вы пользуетесь дезинформацией для своей выгоды или одурачивания общественности, тогда это самое ужасное, что вы можете сделать для цивилизации, подавляя и скрывая истину. Посмотрите на Николу Теслу и Натана Стаблфилда,[1] начиная с 1889 года, когда на них нападали и подавляли. Сейчас мы бы уже имели летающие автомобили, антигравитационные устройства, а также устройства по получению энергии нулевой точки для каждого человека.

    Д.Н.: Ну, тогда похоже на то, что внутри программ у нас есть компании для развития программ дезинформации?

    Э.С.: Ну, всё дело в деньгах, эго и контроле. Знаете, они желают защитить свою интеллектуальную собственность. Они хотят защитить свои засекреченные устройства, будь-то летательный аппарат, устройство для лечения и все такое. Поэтому корпорации тоже… Знаете, как вы говорили, внутри всегда имеется дезинформация для сотрудников, просто для того, чтобы никто не удалялся от линии ни на один шаг. И это печально, потому что иногда сотрудники получат информацию и поделятся ею с общественностью, чего никто никогда не хочет. Затем она играет роль триггера. Ну, как тикающая временная бомба. Затем информация попадает в другую страну. Тогда для получения информации нанимаются люди, чтобы убивать других людей…

    Д.Н.: Господи.

    Э.С.: …хотя самой информации или устройства еще даже не существует.

    Д.Н.: Со всем моим уважением, откуда мы знаем, что Вы не дезинформатор? Откуда?

    Э.С.: Ну, единственное, что я могу сказать, посмотрите на меня и проверьте все мои верительные грамоты. Я – единственный человек, вышедший вперед с наилучшими рекомендациями от полковников и капитанов.

    Также вот моя Форма 214 об увольнении из армии.

    Знаете, возможно, я – единственный инсайдер, вышедший вперед с сотнями бумаг, которые недавно студия Гайя проверяла со всей тщательностью. Д-р Майкл Салла проверял меня так глубоко, что я даже занервничал…

    Д.Н.: А ведь он такой скрупулезный.

    Э.С.: Он очень скрупулезный. Он прилетел с Гавайев… Пригласил меня на обед. Я очень нервничал и захватил с собой все свои бумаги, к чему он оказался абсолютно не готов. Он сделал фотографии каждого имеющегося у меня сертификата. И даже пошел еще дальше. После нашей встречи он обратился в Университеты Стэнфорд и Гарвард и связался со всеми учеными и техническим персоналом, помогавшими мне в разработке многих моих патентов. И все те люди отзывались обо мне очень хорошо.

    Д.Н.: Конечно.

    Э.С.: Они говорили: “Да, это настоящий Эмери Смит. Он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО создал эти устройства, а также принимал участие в медицинских испытаниях лечения таких-то и таких-то заболеваний”. Затем Майкл обратился… Он побывал на базе ВВС Кёртланд и других военных сооружениях, и все мои командиры дали мне наилучшие рекомендации. И лишь тогда он написал большую статью, которая помогает пониманию общественности.

    Д.Н.: Ох, безусловно.

    Э.С.: Но вы можете не…

    Д.Н.: Так ведь удобнее.

    Э.С.: Вот что я хочу сказать. Когда я разговариваю с вами, вы можете не верить моим словам. Вы можете не верить всему прочитанному. Вы можете не верить всему увиденному. Я знаю об этом потому, что осведомлен о спутниках, способных проецировать нечто прямо сюда, посредством тени и отраженного света, и вряд ли вы можете быть честными перед Богом, утверждая, что это реально. Мы ведь пользуемся только своими органами чувств.

    Д.Н.: Верно. Раньше Вы говорили, что есть информация, которую Вы уполномочены раскрыть. Кто давал Вам разрешение?

    Э.С.: Ну, я еще…

    Д.Н.: Можете ли Вы сказать нам?

    Э.С.: Я давал подписку о неразглашении корпорациям, а не армии. Армия… Я просто знал, о чем могу говорить через определенный промежуток времени, а о чем нет. Поэтому на самом деле никто не пострадал. Я просто ждал, чтобы прошло добрых 20 лет.

    Д.Н.: Ага.

    Э.С.: Я знаю, что мне можно говорить, а что нет. К тому же со временем появляется все больше и больше информации. Ребята, я беседую с вами здесь каждую неделю, пытаясь передавать сведения, пытаясь просвещать общественность о происходящем, о том, что могло бы помочь миру и очистить Планету. Это и есть моя главная цель. Я здесь ни для чего иного, кроме как очищать планету, бороться со всеми мировыми болезнями, покончить с голодом и всеми убийствами, потому что мы не намерены куда-то уходить. Мы сильно расстраиваем Планету. Поэтому моя основная цель – это не рассказывать миру: “Ох, есть секретные базы, и инопланетяне существуют”. Да, это так. Полагаю, сейчас все об этом знают.

    Д.Н.: Это так.

    Э.С.: Всё это связано с подавляемыми технологиями, необходимыми нам, чтобы помогать друг другу и планете. Потому что если бы у нас были все эти технологии, мы бы не нуждались в газе, угле и нефти. Мы бы не воевали друг с другом. Мы бы выступали как сознательный коллектив, пытаясь помогать Планете и друг другу. Единственное, что я пытаюсь изменить, – осведомленность.

    Д.Н.: И все же, кто уполномочил Вас раскрывать это?

    Э.С.: Мне не нужно никаких полномочий.

    Д.Н.: Никто сверху?

    Э.С.: Никто и никогда ко мне не подходил. Просто с самого первого дня я знал, что могу говорить, а что нет. Это я и делаю. Мне никогда не звонили из корпорации и не говорили: “Ох, ну, ты можешь это делать”. Мне никогда не звонил ни один из бывших командиров и не говорил: “Бла, бла, бла, бла, бла”.

    Д.Н.: А что если бы Вы говорили не то, что нужно? Что бы с Вами произошло?

    Э.С.: Я бы не узнал, но вы, ребята, узнали бы, потому что я был бы мертв.

    Д.Н.: Все настолько серьезно?

    Э.С.: Ох, безусловно.

    Д.Н.: Если Вы расскажете не то, что нужно?

    Э.С.: Ну, если бы я говорил что-то не то и пару раз совершил ошибку, я бы получил “хлопок по руке”. От кого? Знаете, они могли бы забрать жизнь члена семьи, лучшего друга или собаки просто в качестве небольшого послания. Поэтому угрозы реальны. Я ведь работал над кое-какими вещами, и, возможно, говорил кое-что, чего не следовало, и, между прочим, не по телевизору…

    Д.Н.: Верно.

    Э.С.: …а по телефону с другими коллегами. В таких случаях ко мне действительно приходили.

    Д.Н.: Знаете ли Вы, кем “они” могли быть?

    Э.С.: Определенно, представителями тайной главной корпорации, владевшей интеллектуальной собственностью, затрагивавшей меня.

    Д.Н.: Звучит так, как будто Вы знаете, кто они, но по очевидной причине не можете разгласить.

    Э.С.: Это очень крупное объединение, состоящее из основных корпораций. Я не знаю, кто они конкретно. Просто знаю, что они приходят с целью предупреждения. Я получал текстовые послания и телефонные звонки…

    Д.Н.: Они имеют в виду бизнес.

    Э.С.: …и все такое… Знаете, они чуть не свели меня с ума. Я имею в виду, однажды они подъехали к моему дому на белом фургоне. Из машины вылезли два парня в тактическом обмундировании, вынули пистолеты-пулеметы модели 5 и направили на меня. Так я узнал, что сделал или сказал кому-то что-то, чего не должен был делать или говорить.

    Д.Н.: На них были маски или нечто подобное?

    Э.С.: О, да. Безусловно.

    Д.Н.: Ох!

    Э.С.: Да.

    Д.Н.: Хотели, чтобы Вы знали, что если выйдете за определенные границы, они знают, где Вы живете.

    Э.С.: О, да. Нет смысла прятаться. От них не спрячешься.

    Д.Н.: Эмери, в предыдущих эпизодах программы Космическое Раскрытие Вы много рассказывали об инопланетянах и о том, что происходит в данной сфере. Не пытаются ли они предложить нам дезинформацию об инопланетном присутствии? Пытаются скрыть?

    Э.С.: Они не пытаются дезинформировать нас больше, чем просто не дать сведения об их присутствии. Знаете, все документы об НЛО уже разгласили все страны, но никто ничего об этом не говорит. И только Соединенные Штаты Америки еще ничего не рассекретили.

    Д.Н.: Верно.

    Э.С.: Мне любопытно, почему?

    Д.Н.: Потому что есть слишком много хорошего, ждущего разглашения, не так ли?

    Э.С.: Ну, вот почему нам нужно, чтобы люди находили всё для себя. Не верьте тому, что говорю я. Я здесь не для того, чтобы убеждать кого-то в том, через что я прошел. Я здесь, чтобы выставить напоказ пару вещей, чтобы мы все вместе могли работать в научном сообществе, развивать технологии без вмешательства правительства и представлять их миру, чтобы помогать исцелять мир.

    Д.Н.: Как насчет программ ложных флагов, связанных с инопланетянами и подобными вещами? Планировались ли разные виды операций под ложным флагом?

    Э.С.: Ну, полагаю, если посмотреть в Интернете на другие страны… Или статьи может писать наша страна… Например, письмо в Боливию, в котором говорится… Или демонстрируется видео забинтованного инопланетянина, у которого берут интервью. Это и есть кампании дезинформации. Знаете, они бы никогда не позволили произойти ничему подобному или изъяли бы материал в течение одного часа после загрузки.

    Д.Н.: Да, это колоссальные кампании. И они преуспевают в том, что делают.

    Э.С.: Конечно. Я имею в виду, видеть нечто подобное очень волнующе. Интригующе. Увиденное влияет на то, во что следует верить обычному населению. Наилучший способ сделать это таков: снять фильм при полном дневном освещении, и подкинуть вам идею, что инопланетяне обладают 10-ю щупальцами и собираются отложить яйцо в нашу носовую пазуху. Такое происходит с первого дня, и это самый легкий и самый лучший способ. Всё прямо перед вами, а на самом деле – дезинформация.

    Всё, что делается с целью контролировать нас, – прямо перед нами. Они делают это посредством СМИ. Они делают это посредством фильмов. Они делают это посредством телевизионных шоу. Но хорошая новость состоит в том, что многие люди об этом знают. Многие люди… На самом деле, это открывает вас чему-то большему, принятию разных рас и разных народов со всей Вселенной, если всё выйдет наружу. Плохие же вести состоят в том, что вас будут убеждать, что это очень злая программа.

    Д.Н.: Как общественности распознать разницу между реальными и ложными событиями? Выглядят ли они истинными или нет? Как нам это узнать?

    Э.С.: Пожалуй, самое трудное – это распознавание. Обычно, когда появляется настоящее видео, и его вовремя не перехватывают, оно будет сопровождаться десятками ложных видео, в которых общественность будет дезинформирована о… Или ложные видео будут удивительно похожи на настоящий конкретный ролик. Именно это всех будет сбивать с толку. Затем вы говорите: “Ох, уже доказано, что те 5 видео фальшивые. Поэтому уж это должно быть настоящим. Они ведь так похожи”.

    Д.Н.: Но, возможно, это и есть настоящее.

    Э.С.: Вот что происходит на самом деле. Такое многократно происходит по всему миру, обычно в других странах, потому что они способны загружать ролики быстрее, чем мы здесь в США, без того, чтобы они были перехвачены и изъяты.

    Д.Н.: Как технология связана с дезинформацией? Ведь сейчас, посредством редактирования видеороликов, вы можете творить невероятное…

    Э.С.: Верно.

    Д.Н.: …редактирование звука, не говоря уже о компьютерной графике. Вы можете делать всё, чтобы представлять всё в ложном свете.

    Э.С.: Вот именно. Как вы можете доверять любому видео, в котором… Я бы мог снять фотографию с моим другом и сделать так, что он будет выглядеть как Вы? Или сделать ролик, в котором всё выглядит так, как будто мы вместе где-то обедаем…

    Д.Н.: Да.

    Э.С.: …и выбалтываем друг другу какие-то секреты.

    Д.Н.: И даже вложить слова в наши рты.

    Э.С.: Точно. То есть, всё сводится к линейному эффекту негативности, потому что вы больше ничему не можете доверять. Вызывать доверие очень трудно. Самое лучшее – это иметь свидетелей, которые могут обратиться к общественности и сказать: “Да, это именно то, что произошло. Он сделал это видео. А вот все люди вокруг него”. Например, во время одной из экспедиций в рамках СЕ-5 передо мной появилось светящееся существо.

    Очень маленькое существо. Это одна из самых всемирно известных гражданских фотографий, которые я сделал. К счастью, рядом со мной находились люди.

    Д.Н.: Понятно.

    Э.С.: Я записал имена всех свидетелей, чтобы убедиться в том, что у нас есть надлежащая авторизация демонстрировать нечто подобное и говорить: “Эй, видео снимал не я”, или фотографию, свидетельствующую: “Ох, ну, я это видел”.

    Д.Н.: Совершенно верно.

    Э.С.: Да и видел существо не только я. Были и другие свидетели. Поэтому когда на планете происходят колоссальные события, например, в Мехико Сити или над Вашингтоном, их снимают на камеру, и на них смотрит БОЛЬШАЯ группа людей, полагаю, это реально помогает говорить общественности следующее: “Ладно, даже если 90%, или 95%, или 99% всех видеороликов на YouTube представляют собой фальшивки, и лишь 1% – реальность, это уже замечательно”. Вот почему я думаю, что общественности следует прибегать к своему собственному распознаванию, выполнять свои собственные исследования и критически рассматривать технологии, потому что сейчас можно подделывать всё, что угодно.

    Д.Н.: Вот недавний случай: Роджер Лейр являлся экспертом в удалении из людей инопланетных или некоего другого вида имплантов. Он был убежден в том, что импланты – это инопланетные штучки, вставленные в людей с целью слежения или по каким-то другим причинам. Знакомы ли Вы с феноменом инопланетных имплантов?

    Э.С.: Я особо не вдавался в изучение феномена инопланетных имплантов. Мне приходилось убирать осколки и всё такое. В телах многих людей обнаруживается металл. Но я не знаю, как он туда попал, знаю только, что импланты выделяют энергию и действуют на определенной частоте.

    Д.Н.: То есть, Вы хотите сказать, что они могут быть и естественного происхождения?

    Э.С.: Полагаю, что это естественный феномен. Могу лишь заметить, что провел свыше нескольких сотен подобных процедур извлечения, но никогда не видел ничего, что относилось бы к тому, что кто-то помещает импланты в тело или другое существо или саму технику помещения их в тело.

    Д.Н.: Понятно. Не думаете ли Вы, что такое может предприниматься правительством с целью отслеживания людей или…

    Э.С.: Безусловно.

    Д.Н.: …с какой-то иной целью? Это тоже вероятно.

    Э.С.: Такое, определенно, можно делать. Для этого имеется более высокий вид технологии. Шрамы разные. Если вы замечаете на теле очень старые шрамы, которые не имеют смысла…

    Д.Н.: Понятно.

    Э.С.: …значит они неестественные.

    Д.Н.: И выглядят как рубцы, не так ли?

    Э.С.: Не то, чтобы как рубцы, а как естественный шрам, вмятина и все такое, которые не выглядят… Это, скажем, специфический шрам. Таких людей как бы оперировали. Я имею в виду, что такие шрамы можно нанести даже тогда, когда человек просто идет.

    Д.Н.: Неужели?

    Э.С.: Это потрясающе.

    Д.Н.: Для внедрения импланта достаточно столкновения?

    Э.С.: С вами могут просто столкнуться, и вы никогда ничего не узнаете.

    Д.Н.: Нечто вроде удара?

    Э.С.: Просто легкий удар при столкновении. За последние шесть месяцев подобное произошло со мной и моей командой. Меня инфицировали в аэропорту Денвера.

    Д.Н.: Вы заболели?

    Э.С.: Нет, я не заболел, но пришлось прибегнуть к очень серьезным мерам предосторожности с помощью особых врачей, которые помогли удалить инфекцию из моего тела.

    Д.Н.: Как внедрили инфекцию?

    Э.С.: Посредством столкновения. Со мной столкнулись три парня в толстых хлопчатобумажных свитерах с длинными рукавами.

    Д.Н.: Три разных удара?

    Э.С.: О, да, три разных удара.

    Д.Н.: Господи!

    Э.С.: Не думаю, что всё удалось сделать в первые два удара. Я даже как-то не подумал об этом, потому что кругом толпились люди.

    Д.Н.: В аэропорту?

    Э.С.: Да. Когда я был в футболке с короткими рукавами, двое моих близких друзей сказали: “Эй, что за странный круг с точкой в середине…

    Д.Н.: На руке или где-то еще?

    Э.С.: …и с десятью точками вокруг?” Да, я же сделал фотографии.

    Д.Н.: Ясно.

    Э.С.: На них явно виден странный след. И я знаю, что это было. “Ох, они таки меня достали”.

    Д.Н.: Вы что-то почувствовали?

    Э.С.: Нет. Ничего. Все произошло так быстро, что… Это делается с помощью очень маленького устройства. Остается отпечаток размером с дайм (американская десятицентовая монета)…

    Д.Н.: Эмери, поступая подобным образом, что они намеревались с Вами сделать?

    Э.С.: Думаю, что просто следить, так как в последнее время я много раз уходил от наблюдения и не носил с собой свой телефон.

    Д.Н.: Ага.

    Э.С.: Это заставляло их нервничать. Не думаю, что меня пытались убить и все такое, но наличие… Были обнаружены наномиты и подтверждено их наличие. Поэтому пришлось пройти через специальную программу детоксикации, которая у нас есть, и через 48 часов все было в полном порядке.

    Д.Н.: Они появились у Вашего порога. Они появились в аэропорту. Почему они позволяют Вам рассказывать то, что Вы рассказываете?

    Э.С.: Я не рассказываю ничего такого, утечку чего мог допустить или не допустить кто-то другой, хотя общественность об этом не знает. На самом деле их не волнуют мои рассказы об инопланетянах и о моем опыте работы в подземных сооружениях. Их заботит то, что я двигаюсь вперед, рассказывая о будущих технологиях раньше намеченного времени, что, впрочем, я где-то могу понять, потому что большинство таких технологий могут использоваться не на благо человечества. Поэтому нам следует быть очень осторожными.

    Но мне нужно рассказывать об ЭТОМ людям. Да, у нас есть ответы, не так ли? Но они пытаются всячески замедлить высвобождение. Они не хотят, скажем, появления iPhone 20 прямо сейчас. Они желают медленно высвобождать устройства, методы лечения и информацию. С того момента, как я вышел вперед, с ноября месяца, появились 15-20 разных устройств. И всё потому, что я лишь немного забежал вперед с информацией. Сейчас корпорации усиленно работают с информационными провайдерами в попытке убрать сведения.

    Они слушают эти программы. Они слушают всё, что я говорю. Их тошнит от всего этого, поскольку над ними тоже кто-то есть, не желающий, чтобы такое происходило. Поэтому когда кто-то подобный мне выходит вперед и начинает говорить, они вынуждены что-то предпринимать. И они либо забирают деньги, либо полностью хоронят программы. Хотя, скорее всего, они будут забирать деньги и высвобождать… ”Ну, да, то, что он говорил об этом… С научной точки зрения, в этом есть толика правды”.

    Поэтому они расстроены. Нападки на меня предпринимаются скорее в связи с технологиями, а не со всем, что связано с инопланетянами. Их не волнует, верят ли люди в существование инопланетян, поскольку разговоры об инопланетянах не затрагивают деньги.

    Д.Н.: Их заботят планетарные проблемы, влияющие на кошелек.

    Э.С.: Вот именно.

    Д.Н.: Эмери, что толкает Вас на информирование общественности о дезинформации?

    Э.С.: Ну, мною движет тот факт, что я участвовал в разработке технологий, которые обязательно должны быть высвобождены. Технологии подавляются посредством дезинформации о том, что таких технологий еще не существует. “Ох, этого мы еще не можем. Это невозможно. Смит… Он ведь говорит об устройствах по получению энергии нулевой точки? От этого мы еще очень далеки”. На самом деле, всё совсем не так.

    И поскольку я знаю правду, я хочу высвободить все эти технологии, чтобы помогать очищать Планету и избавлять мир от болезней и голода, а также обеспечивать людей чистой питьевой водой. Ради Бога, люди просто жаждут свежей воды. Именно всё это движет мною. Я прихожу сюда, сажусь рядом с Вами и просвещаю мир. И я ведь не единственный ученый, способный это делать. Ко мне приходили сотни тысяч потрясающих ярких людей с самыми удивительными изобретениями, которые взрывали мой ум. Но, в то же время, они просто боятся выходить вперед, что я хорошо понимаю.

    Д.Н.: У Вас хватило смелости это делать.

    Э.С.: И я буду это делать. Буду говорить с Вами. Приходить сюда. Все знают, что я прихожу сюда и собираюсь представлять вас, ребята. Вам не нужно выходить вперед, если вам неудобно это делать. Совсем недавно появились несколько ученых и еще больше инсайдеров, которые готовят свои семьи к тому, что они обратятся к общественности, и будут говорить со мной и с Вами. Знаете, то, что вы делаете здесь и о чем говорите, влияет на других людей, поскольку всё выходит в эфир. И это позволит этим ученым чувствовать себя немного более комфортно. Знайте, я здесь. Поэтому давайте сделаем это. Давайте сделаем это вместе.

    Д.Н.: Я считаю Вас патриотом.

    Э.С.: Спасибо.

    Д.Н.: Пару месяцев назад я присутствовал на событии. Ко мне подошла пара и спросила: “Что Вы думаете об Эмери Смите?” А я уже брал у Вас интервью для программы За пределами веры на студии Гайя. И вот что я ответил: “Я думаю, что он настоящий. Он получил больше ударов, чем большинство людей, потому что кладет свою голову на плаху. В любой момент голова может быть отрублена”. Но Вас ведь ничего не остановит, не так ли?

    Э.С.: Джордж, они забрали у меня всё. Всё. В меня стреляли, меня били, пытали, похищали. Но я не намерен сворачивать с пути. Они это знают. Поэтому я здесь и собираюсь продолжать делать свою работу столько, сколько смогу. Спасибо Вашим зрителям, зрителям Гайи и другим людям, стоящим за меня. Это мотивирует меня продолжать. Мне больше нечего терять. У меня ничего нет. Поэтому я здесь и представляю тех людей, которые боятся. Я не боюсь. И не остановлюсь.

    Д.Н.: Эмери, как Вы знаете, программа Космическое Раскрытие продолжается, с новыми ведущими и новыми инсайдерами, а также продолжает знакомить всех с Вашей историей, очень важной историей. Имеется ли у Вас больше информации, чтобы рассказывать людям?

    Э.С.: Я еще многое могу поведать миру, поэтому мне доставляет огромную радость быть здесь и рассказывать о том, что произошло со мной, и о том, что ожидает мир.

    Д.Н.: Друг мой, да Вы герой. Настоящий герой.

    Э.С.: Спасибо.

    Д.Н.: Мы здесь, чтобы раскрывать правду. Если вы принимали участие в тайных космических программах и готовы рассказать правду, пожалуйста, свяжитесь с нами через нашу частную электронную почту. Благодарю за внимание. Оставайтесь с нами. Поверьте, мы только начинаем.

    [1] http://allpowr.su/ru/earth-battery/12-natan-stablfild

    http://divinecosmos.e-puzzle.ru/

    Besucherzahler ukrain women