Май 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апр    
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
Свежие комментарии

    Браун Сильвия. “Жизнь на Другой Стороне”

    Эта книга — путеводитель по миру духов, написанный известным медиумом Сильвией Браун. «Я верю, что Другая Сторона — это наш общий Дом, откуда мы вышли и куда снова вернёмся… И я уверена, что именно на Другой Стороне, между так называемыми земными жизнями, мы живём по-настоящему».

    Сильвия Браун подробно описывает мир по ту сторону нашего измерения и рассказывает о его обитателях. Она объясняет, как осуществляется переход из нашего мира на Другую Сторону и каким образом мы приходим оттуда на Землю.

    «Правда о Другой Стороне… интересней, чем все сказки, вместе взятые».

    * * *

    Посвящения

    От Сильвии: Моим ангелам на Земле — Ангелине, Уилли и Джефри. От Линдсей:
    Счастливому Случаю и Сильвии, доказавшей мне, что он, несомненно, существует.

    Слова благодарности

    Надеюсь, моя семья, а также друзья, сотрудники, священники и коллеги знают, как сильно я их люблю и как глубоко я им благодарна. Кроме того, мне хотелось бы отдельно поблагодарить трёх замечательных людей: мою невестку Нэнси, позволившую напечатать здесь свои прекрасные стихи, и проповедников Кристину и Кирка Саймондз, чьи необыкновенные иллюстрации украшают страницы этой книги.
    Меня окутывает тёплая вуаль из света, отражаемого белым мрамором Храма Справедливости. В священных стенах Храма я с благодарностью внимаю мудрым словам глубокочтимых Старейшин. Они просвещают меня относительно особого богословского вопроса, предмета моих нынешних исследований. У меня, как всегда, отличное самочувствие и великолепное настроение. Каждый мой вдох глубок. Я насыщаюсь живительной энергией божественного света. Мою душу, исполненную силы и благодатной любви, щедро питают знаниями мудрые Старейшины.

    Эхо их слов витает в моём сознании, сливаясь с отзвуками голоса философа, последователя Аристотеля, рассказывающего мне о временном континууме. Его потрясающая лекция ненадолго утоляет мою жажду знаний. Улыбаюсь, вспоминая ту женщину, которой я была когда-то на Земле. Я ценю полученный ею опыт, хотя она и не интересовалась такими вопросами. У нее не было времени на подобные размышления, поскольку ей ежечасно приходилось бороться с превратностями судьбы.
    Часть моего сознания остаётся с ней. Останавливаюсь у исследовательского центра, где я, вместе с другими такими же энтузиастами, вношу свою лепту в изучение проблемы защитных сил организма. Если мы выделим в генах человека особый белковый фермент, то сможем победить СПИД, рассеянный склероз и другие болезни, ослабляющие иммунную систему. Мы почти достигли цели и скоро будем готовы передать результаты своих исследований живущим на Земле.

    Рядом со сканером в Храме Мудрости я встречаю своего друга. Он попросил меня помочь найти оптимальный выход из тяжёлой ситуации для его «подопечной». Мы вместе просмотрели жизненные планы людей, у которых были похожие проблемы, и поняли, как нужно действовать. Жаль, что нельзя открыть людям доступ к их воспоминаниям о Доме. Если бы это было возможно, они осознали бы, насколько мимолетны их страдания. Но мы, сами побывавшие там, где сейчас находятся они, знаем, что их «амнезия» есть часть Великого Замысла Господа.
    На огромном открытом стадионе я вместе с моим духовным близнецом Дэвидом и несколькими друзьями наслаждаюсь великолепным концертом — мы слушаем джаз. Затем я отправляюсь в невыразимо прекрасные сады Храма Справедливости, чтобы возле водопада на скамье для медитаций побыть наедине с Богом. Осознание вечной неразрывной связи с Ним наполняет мою душу покоем. Я ощущаю тепло Его совершенной, питающей всё сущее любви. Моя подопечная, о которой я уже упоминала, сейчас пишет книгу. Она нуждается в моей помощи, и я пообещала снабдить ее правдивыми сведениями, поскольку твёрдо уверена, что Господь откроет мне истину. Я молю Господа помочь мне отчётливо услышать Его слова и точно передать их этой женщине, чтобы она поделилась истиной со всеми, кто приходит к ней за утешением и надеется найти умиротворение и счастье Дома — в том совершенном мире, где живу я. Двери этого Дома — совершенного рая, который называется «Другая Сторона», открыты для всех».
    «Один «день» из жизни моей духовной наставницы Франсины»

    Глава 1. Другая Сторона: источник моих познаний

    Я верю в существование Другой Стороны. Я верю, что каждого человека Господь одарил бессмертной душой. Мы сами выбираем мир, в котором нам предстоит жить. Наши души многократно совершают путешествие из этого мира на Другую Сторону и обратно. Мы идём по бесконечному пути самосовершенствования, обретая на этом пути знания и опыт. Я верю, что измерения двух миров — нашего и потустороннего, отделены друг от друга лишь тончайшим, почти невидимым занавесом. Я верю, что Другая Сторона — это наш общий Дом, откуда мы вышли и куда снова вернёмся. Воспоминания о нём сохраняются в памяти нашей души. И я уверена, что именно на Другой Стороне, между так называемыми земными жизнями, мы живём по-настоящему.
    Многие почему-то полагают, что я, ясновидящая, родившаяся в семье с трёхсотлетней историей экстрасенсорной практики, унаследовала «нелепости» своих предков. Как считают «знающие» люди, мой «врождённый идиотизм» заставляет меня с готовностью «настраиваться на волну» любого нелепого слуха о потустороннем мире.

    Но следует учесть, что я родилась в штате Миссури — «крае скептиков». В моей семье соблюдались традиции англиканской, иудейской и лютеранской религий. Кроме того, я ходила в католическую школу, где немало узнала о Другой Стороне и путешествиях Души. Если бы я безоговорочно принимала на веру всё, что мне говорили, тогда я бы точно стала «юродивой». Однако, наверное, проще стать космонавтом, чем заставить меня поверить во что-то на слово. В списке скептиков всех времён и народов моё имя, несомненно, занимало бы первую строку. Моя кровь кипит от желания всё исследовать и доказывать самой. Я и в Бога поверила, только когда «попробовала на зуб» подтверждения Его существования. Мне нужны факты, а не гипотезы и потому я, как настоящий кладоискатель, всегда «докапываюсь до истины».
    Я не собираюсь предлагать вам сборник «Саги и сказки о Другой Стороне». Поверьте, я не против сказок. Они нравятся мне так же, как и вам. Фантастический мир принцесс и волшебников помогает забыть на время о суматохе жизни. Однако всем известно, что сказочные истории не имеют ничего общего с реальным миром. Но Другая Сторона — реальность, такая же подлинная, как земля, по которой мы ходим, как воздух, которым мы дышим, как тела, в которых временно обитают наши души. Правда о Другой Стороне интересней, чем все сказки, вместе взятые. Она волнует, захватывает и вдохновляет.

    Не буду настаивать, чтобы вы верили каждому моему слову. Возможно, вы такой же скептик, как я. Верить мне или не верить — решайте сами. Я только проведу вас по дорогам и тропинкам, по которым сама шла к Истине в течение шестидесяти трех лет. Мы вместе совершим путешествие на Другую Сторону, и вы убедитесь, сколь много в таких странствиях радости и надежды.
    Я появилась на свет 19 октября 1936 года в Канзас-Сити, штат Миссури. По воле Бога мои необычайные способности стали проявляться с самого рождения. Бесценный духовный дар, миновав моего любимого папочку, Уильяма Л. Шумейкера, и мою нелюбимую мать Целесту, перешёл ко мне от моей дорогой бабушки Ады. Будучи талантливой ясновидящей, бабушка неустанно учила и вдохновляла меня. Благодаря её поддержке и неиссякаемой энергии я перестала воспринимать свои способности как тяжкое бремя. Я поняла, что владею необыкновенным даром.

    Бабушка нередко говорила: «В нашей семье только ты противишься воле Божьей». Чистая правда! Я пренебрегала своим чудесным даром до тех пор, пока не поняла, что могу применять его на благо окружающим.
    Так же как человек с музыкальными способностями может стать певцом, композитором или дирижёром, в нашем роду экстрасенсы и провидцы проявляли свои таланты по-разному. Например, я могу войти в состояние транса, чтобы уступить своё физическое тело бесплотной душе из мира «по ту сторону», тем самым давая ей возможность видеть, слышать и говорить в этом мире. Однако некоторые из нас, включая бабушку Аду и моего сына Кристофера, не доверяют такому опыту общения с обитателями Другой Стороны. Кое-кто из наших предков обладал психокинетическими способностями. Моя внучка Ангелина тоже умеет манипулировать материальными предметами с помощью психической энергии. Но ни у меня, ни у Кристофера, отца Ангелины, такого таланта нет. Мы отличаемся друг от друга, наши экстрасенсорные способности проявляются по-разному, но у нас есть нечто общее: все медиумы в нашем роду постоянно входили в контакт с Другой Стороной. Даже в юности, подчас еще не понимая этого, мы все, без сомнения, так или иначе не раз соприкасались с потусторонним миром.

    В детстве я часто видела образы, приводившие меня в ужас. В большинстве случаев это были видения будущего. Мои удивительные способности впервые проявились, когда мне было пять лет. Однажды во время обеда я «увидела» моих обеих прабабушек. Их лица как будто таяли. Кожа медленно стекала с их щёк, смывая остатки плоти и обнажая кости. Через две недели старушки скончались. Я считала себя причиной их смерти, пока бабушка Ада не объяснила мне смысл того кошмарного видения: просто я получила визуальное психическое послание. Приблизительно в том же возрасте я стала «видеть» внутренности людей. Цветные трёхмерные изображения напоминали рентгеновские снимки. Отвратительное зрелище. Попробуйте сделать вид, будто ничего не происходит, когда вы видите поражённое раком лёгкое или повисшую в воздухе больную почку присутствующего у вас в гостях друга семьи. О каком счастливом детстве можно при этом говорить!
    Было невыносимо думать, что всю жизнь вокруг меня будут парить растворяющиеся лица и больные органы. Я пожаловалась бабушке Аде, единственной, кто меня понимал. Она успокоила меня и сказала, что Господь обязательно мне поможет. Исключительными способностями меня наделил Он, значит, за помощью нужно обратиться к Нему. Бабушка посоветовала: «Попроси Бога не показывать тебе страшные видения». Я так и сделала. Милосердный Господь ответил на молитву испуганного ребёнка. Дар ясновидения не исчез, но характер посланий изменился. Я видела по-прежнему яркие, насыщенные образы, но теперь уже в приемлемой для меня форме.

    Так, несколько месяцев спустя, примерно за неделю до Хеллоуина, к нам заглянула моя одноклассница Памела, чтобы показать свой склеенный из бумаги «ведьминский» костюм, в котором она собиралась пугать народ во время праздника. В тот момент, когда Пам переступила порог, я «увидела» вокруг неё огненную ауру. Я не совсем поняла, что это могло означать, но в одном была уверена точно: всё-таки лучше видеть это, чем горящую плоть. В облачении ведьмы моя подруга кружилась по комнате, не обращая внимания на обогреватель у стены. Когда она оказалась слишком близко от него, бумажный костюм вспыхнул, и её моментально охватило пламя. Я не задумываясь бросилась к Пам, повалила её на пол и накрыла ковриком. Мои родители, услышав наши испуганные крики, тут же влетели в комнату, однако к тому моменту я уже сбила пламя с Памелы. Думаю, спасение моей подруги можно объяснить не только тем, что я «увидела» вокруг неё огненную ауру, которая, в отличие от видений тающих лиц или больных органов, не повергла меня в ужас. Дело даже не в том, что психическая информация оказалась удивительно точной. Главное, что я ощутила приближение опасности. Именно поэтому я не поддалась панике, когда всего через минуту видение стало реальностью.

    В юности мне довелось спасти жизнь моей подруге Джоан. Однажды я «увидела», как она страшно ударилась головой о приборную панель синей машины. Я рассказала об этом Джоан и попросила её быть осторожной. Спустя несколько дней она назначила свидание молодому человеку. Поскольку его машина накануне сломалась, он приехал к Джоан на синем авто своих родителей. К счастью, моя подруга хорошо меня знала и приняла предупреждение об опасности всерьёз. Она вспомнила мои слова в тот момент, когда садилась в машину. Джоан сказала своему другу, что никуда не поедет. Через несколько часов пресловутое синее авто превратилось в груду покорёженного металла: молодой человек не справился с управлением и врезался в уличный фонарь. Приятелю Джоан повезло, он отделался парой ушибов. Трудно представить, что стало бы с моей подругой, если бы она в момент аварии находилась в машине вместе с ним. Кресло рядом с водителем было полностью смято.
    Видения духов, вероятно, единственное, что я воспринимаю совершенно спокойно, поскольку они постоянно наносят мне визиты в течение шестидесяти трех лет. Я была совсем маленькой, когда впервые увидела этих ночных «посетителей». Я лежала в постели и, затаив дыхание, наблюдала, как из темноты одна за другой возникали неясные тени. Принимая всё более чёткие формы, призраки постепенно заполнили всю комнату. Мне послышалось, будто кто-то из них произнес: «Если хочешь, чтобы тебя увидели, приходи к Сильвии». Духи никогда не пытались напугать меня. Казалось, я вообще их не интересую. Они приходили, общались друг с другом, делились новостями, говорили о делах. Моих бесплотных «гостей» я могла видеть только в темноте. Когда в комнате становилось светло, их не было видно. Мне снова пришлось обратиться за помощью к бабушке Аде. Она принесла карманный фонарик и посоветовала включать его каждый раз, когда пожалуют незваные «гости». Слава Богу, это сработало. Но я и по сей день не могу спать в темноте. Как только я выключаю свет, тут же в комнате появляются духи. В детстве это меня пугало. Теперь раздражает. Представьте, едва моя голова касается подушки, вокруг начинает собираться толпа призраков.

    Однажды мы с Крисом повели Ангелину в кино посмотреть фильм «Шестое чувство». Нам понравилось, с какой точностью в этом фильме были представлены видения духов. Помню, очень хотелось подсказать маленькому мальчику, герою картины, как убедить мешавших ему призраков, что они уже прошли через физическую смерть и должны лететь к свету, на Другую Сторону, В следующей главе мы обязательно поговорим на эту тему более подробно. Фильм воскресил в моей памяти давно забытый эпизод с сейфом бабушки Ады. Это произошло много лет назад, когда я ещё играла в куклы. Бабушка Ада никак не могла найти свой сейф с важными бумагами. Она безуспешно искала его, пока, наконец, не обмолвилась о пропаже. В тот же момент я «увидела» миниатюрную некрасивую женщину (мою прабабушку, как потом выяснилось), указывающую в сторону бывшей спальни, где у стены стоял огромный шкаф. Значит, я видела духа, а моя бабушка Ада — нет. Редкий случай! Это открытие меня взволновало. Я поспешила рассказать ей обо всём, и тут она вспомнила: когда рабочие, пыхтя и кряхтя, придвигали гигантский шкаф к стене, она спрятала за ним свой сейф, чтобы обеспечить полную сохранность важных документов и личных бумаг. Я благодарна фильму «Шестое чувство» и за это ожившее воспоминание, и за то, что мы увидели свою собственную жизнь глазами мальчика-медиума.

    Должно быть, вы скажете: «У детей богатая фантазия. В тёмной спальне им что угодно может померещиться». Вполне резонная мысль. Почему-то принято считать, что ночным страхам ребёнка не стоит придавать значение. Чаще всего родители включают свет и говорят дрожащему малышу: «Вот видишь? Никого! Прекрати свои «фокусы» и ложись спать». Возможно, вы сами столкнётесь с подобной ситуацией. Если ребёнок ночью позовёт вас, чтобы вы прогнали из его спальни «буку», пожалуйста, выслушайте его.
    Как считает моя духовная наставница Франсина (я представлю её вам несколько позже), слово «фантазия» — одно из самых употребляемых в языке, поскольку это очень удобный ярлык, который позволяет избегать более точных определений. Помните, дети и животные — самые восприимчивые существа на Земле. Не стоит пренебрегать рассказами ребёнка. Путь он делится с вами любыми «байками». Нет дыма без огня. Послушайте своего малыша. Вас удивит, насколько точно дети могут описать мир духов. Вы больше узнаете о Другой Стороне, если позволите детям говорить о ней.

    Вскоре, к моему огромному сожалению, у меня появилась способность ясно и отчётливо «видеть» духов не только ночью, но и «средь бела дня». Я обнаружила их в комнате и без того полной гостей. По всей видимости, никто кроме меня их не замечал. Мне было видно сразу два измерения, как бы наложенных друг на друга, но в равной степени реальных. В конце концов я перестала надоедать моим родителям и сестре с вопросом: «Вы это видите?» Они всегда отвечали однозначно: «Нет». Так зачем же в миллионный раз доказывать и им, и себе, что я «ненормальный» ребёнок? Если рядом не было моей любимой бабушки Ады, я старалась держать рот на замке. Мне было одиноко, я чувствовала себя чужой и ненужной.
    Как-то вечером вся наша семья собралась в гостиной, чтобы помянуть покойных родственников. Я сидела на полу у ног бабушки Ады. Вдруг за её левым плечом стала вырисовываться фигура мужчины. Увидев его, я прошептала: «Бабушка, кто-то стоит у тебя за спиной. Что это за человек?»

    Меня тут же одёрнули: «Какой ещё человек? Там никого нет. Перестань, Сильвия». Но бабушка Ада спросила: «Как он выглядит?»
    — Высокий, рыжий, в пенсне. На шее рожок, похожий на стетоскоп.
    Бабушка Ада тепло улыбнулась. Она узнала дядю Джима, доктора, умершего в 1917 году, в разгар эпидемии, двадцать четыре года назад. Ей было приятно, что он рядом. А мне было приятно сознавать, что мой дар ясновидения способствовал встрече бабушки Ады с ныне покойным дорогим ей человеком. Бабушка просто светилась от счастья. Помню, в тот момент мне впервые пришло в голову, что я недооцениваю свой дар. После случая с дядей Джимом я перестала воспринимать свои психические способности как бремя, ведь они дали мне возможность сделать приятное бабушке.
    Я всегда «видела» духов. Но откуда они приходят и где обитают, мне было неизвестно. Я стала расспрашивать об этом бабушку Аду, и она поведала, что вечная душа покидает тело после смерти и отправляется Домой, к Господу, в царство нетленной красоты и абсолютной божественной любви. Тот чудесный мир называется «Другая Сторона». Духи, которых я видела, — просто гости с Другой Стороны. Они не собирались пугать меня или причинять боль. И я, и бабушка, в отличие от «обычных» людей, видим обитателей Другой Стороны, поскольку мы обе наделены даром ясновидения.

    Истории о потустороннем мире очаровали меня. Однако в бабушкиных рассказах он выглядел таким чудесным, что я начала сомневаться в его существовании. Возможно, изображая мир духов, она намеренно использовала насыщенные краски, чтобы представить жизнь в «том» мире приятной и безопасной. Бабушка Ада хотела успокоить и ободрить свою дорогую внучку. Она меня просто обожала, и я платила ей тем же. Я ловила каждое её слово, не подозревая, что Истина, о которой она говорила, уже звучала в моей душе тихой мелодией.

    Если честно, в детстве меня не очень-то занимали вопросы вечного бытия. Мне едва хватало времени на решение насущных проблем: посмотреть новый мультик, оценить бабушкин торт, показать подружкам свои рисунки, изучить куклу (она внутри пустая, я так и знала!) — всего не перечислишь. Как любой ребёнок, я была неугомонной, любознательной и общительной. Я по-своему проявляла заботу о папочке и бабушке Аде и пыталась найти общий язык со своей неуравновешенной матерью. Однако, помимо всего этого, хотелось мне или нет, я всегда «видела» и «слышала» больше, чем остальные люди. Не успеет раздаться трель телефонного звонка, а я уже знаю, кто набирает наш номер. Я «вижу», кто стоит за дверью. О внезапной смерти моего дедушки я сообщила как раз в тот момент, когда отец вбежал в комнату, чтобы сказать об этом. Однажды мы с ним смотрели в кинотеатре какой-то фильм. В середине сеанса я стала уговаривать его поскорее вернуться домой. Папа не понимал причины моего беспокойства, и тогда я в отчаянии закричала, что моя маленькая сестрёнка Шэрон не может дышать, ей срочно нужна помощь. Мы помчались домой. Дела Шэрон действительно были плохи, но мы вовремя отвезли её в больницу. Как выяснилось, у неё была двусторонняя пневмония. Я знала, какие события, радостные или печальные, ждут в будущем моих друзей и учителей. Никто никогда не упоминал о существовании симпатичной блондинки, которой папа часто звонил по ночам, когда все спали. Но я знала о ней, и даже могла очень подробно описать её внешность. Честно говоря, отца я ни в чём не виню. Несмотря на то что он остался с моей матерью, я всё ещё «вижу» ту другую женщину и считаю её частью нашей семьи.

    Когда мне было семь лет, Другая Сторона навсегда изменила мою жизнь. «Тот» мир приблизился ко мне вплотную. Как-то у себя в спальне я занималась обычными делами, расчёсывала волосы, играла с фонариком, и в то же время старалась отогнать от себя странное ощущение, будто кроме меня в комнате находился кто-то ещё. Этот «кто-то» наблюдал за мной. Внезапно из фонарика вырвался ослепительно яркий луч света и, окутывая меня сверкающей дымкой, залил всё вокруг чистым белым сиянием. Откуда-то из глубины этого сияния раздался женский голос: «Меня послал Бог, Сильвия. Не бойся».
    Представьте, что «ничейный» голос сообщает вам, откуда он, и просит вас не бояться. Вы будете безмятежно ждать продолжения? Я — нет! Не помня себя от ужаса, я как ошпаренная выскочила из спальни, вихрем пронеслась по лестнице и побежала искать бабушку Аду. Я чуть не сбила её с ног, когда влетела на кухню. Бабушка чистила овощи. Всхлипывая и дрожа, я рассказала ей о случившемся. Похоже, бабушка Ада заранее всё знала. Она обняла меня, пригладила мои растрёпанные волосы и спокойно объяснила: «Ты слышала голос твоей духовной наставницы, милая. Она здесь, чтобы помогать тебе. Смотри, морковка по всей кухне рассыпалась, — собери».

    Как всегда, бабушка Ада оказалась права. Это действительно была моя духовная наставница. С того дня она никогда меня не покидала. Её настоящее имя Айна, но почему-то я сразу стала называть её Франсиной. В земной жизни она была женщиной из ацтеко-инкского племени и жила в маленькой деревушке в Колумбии, пока в 1520 году не пришли испанские конкистадоры и не отняли у неё жизнь. Её убили ударом копья, когда она пыталась защитить своего ребёнка. Франсина моя самая близкая подруга, постоянная спутница, терпеливая наперсница, наставница и «консультант по вопросам жизни» на Другой Стороне. Она понимает, что я не могу чему-либо научиться, не допустив ни одной ошибки, и защищает меня. Когда она говорит, в моём измерении её голос звучит как пронзительная трель, как звонкое щебетание. С моего согласия Франсина может говорить моими устами. Чтобы стать «каналом», я вхожу в транс. В этом состоянии я ничего не запоминаю, поэтому после сеанса мне пересказывают послания Франсины или же я прослушиваю их в магнитофонной записи. Ростом она пять футов девять дюймов, стройная, грациозная. У неё тонкие, изящные пальцы. Длинные, до талии, чёрные волосы заплетены в косу. У Франсины привлекательная экзотическая внешность. Оливковая кожа и тёмные миндалевидные глаза делают её похожей на египтянку.

    Я была восемнадцатилетней студенткой, когда она впервые материализовалась. Помню, я сама лишила себя возможности хорошо её рассмотреть: вместо того чтобы смотреть на неё «во все глаза», я зажмурилась и отвернулась.
    Я мечтала стать учителем, поэтому в колледже святой Терезы моими основными предметами были педагогика и литература. Дополнительно я штудировала богословие и, кроме того, посещала курсы гипноза при Канзасском университете.

    К тому времени я слышала «щебетание» Франсины уже в течение одиннадцати лет. Как-то раз в кинотеатрах демонстрировали «Многоликую Еву», захватывающий фильм о жизни женщины, страдавшей от «раздвоения» личности. Я чувствовала, что и со мной что-то не так. В качестве одного из обязательных предметов я изучала психопатологию. У меня в руках оказались книги, в которых «по полочкам» были разложены основные симптомы шизофрении. Могу с уверенностью сказать, из восьми проявлений этого заболевания четыре я обнаружила у себя. Этого достаточно, чтобы навсегда забыть о карьере учителя. Я пришла к неутешительному выводу — трёхсотлетнее наследие предков, мои потрясающие способности в действительности не дар Божий, а врождённый психический недуг. Почему до сих пор я не придавала значения тому обстоятельству, что кроме меня Франсину никто не видел и не слышал? Как я была глупа! Она вовсе не духовная наставница. Её вообще не существует. Не исключено, что триста лет назад разум основателя нашего рода сорвался в бездну безумия. Франсина, судя по всему, — застрявший в моём сознании осколок чужого рассудка. Она — моя вторая личность!

    Я осталась довольна результатом этого «расследования», поскольку нашла вполне логичное объяснение своей «странности». Тоном неподкупного прокурора я изложила основные пункты «обвинения» в прощальной речи, адресованной «причине» моего «умопомешательства» — главной «подозреваемой», которую я в течение многих лет воспринимала как Франсину. Проявляя завидное терпение и даже не пытаясь возражать, она молча выслушала мою гневную тираду. Так и не сказав ни слова в своё оправдание, «обвиняемая» ошеломила меня «последней просьбой»: прежде чем я вынесу окончательный «приговор», то есть объявлю её химерой, игрой воображения, она хочет кое-что продемонстрировать. С тех пор, как я с ней познакомилась, она впервые решила материализоваться.

    Был пасмурный тоскливый вечер. Деревья ёжились, отворачиваясь от налетавшего ветра. В окна робко стучался дождь. Наверное, он хотел, чтобы мы впустили его погреться, но нам было не до него. Мама, папа, сестра и я собрались в комнате, где скоро должен был состояться «бенефис» Франсины, и с волнением ждали, когда «поднимется занавес». Им не терпелось увидеть незнакомку, о которой я говорила столько лет. Я же страшно переживала по поводу предстоящей встречи, хотя внутренне ожидала «провала спектакля». Я смирилась с мыслью, что в случае, если ничего не произойдёт, моё сумасшествие уже ни у кого не будет вызывать сомнений. Франсина попросила приглушить свет. По её словам, прошло несколько веков с тех пор, как она жила на Земле, поэтому в момент материализации яркий свет мог причинить боль её глазам. Приглушив «огни рампы», мы заняли свои места.

    Не прошло и минуты, как в кресле-качалке, недалеко от меня, стали проступать очертания ниспадающих к полу складок бледно-голубого платья.
    Затем показалась кисть с тонкими длинными пальцами…
    Мой отец, не сдержавшись, выпалил: «Ни слова! Впечатлениями поделимся потом, иначе эмоции помешают нам запомнить подробности. Молчите, пока она не исчезнет». Папа тревожился напрасно: мама и Шэрон потеряли дар речи. Тщетно пытаясь что-либо сказать, они издавали невразумительные звуки.
    Постепенно проявилась вся рука. У Франсины была гладкая кофейного цвета кожа. Потом возникло плечо, а на нём длинная коса густых чёрных волос.
    С меня было достаточно. Пока остальные продолжали зачарованно, как кролики на удава, смотреть на Франсину, я отвернулась, и потом ни разу не взглянула в её сторону.

    На следующий день я всё рассказала доктору Джону Ренику, который был для меня и психиатром, и учителем, и дорогим другом. Его озадачила моя реакция на «дебют» Франсины. Он думал, что я испугалась за своё психическое здоровье, и поспешил меня успокоить:
    — Ты сильный человек и полноценная личность. Я уверен, у тебя нет ни шизофрении, ни каких-либо других проблем с психикой. Ты и твоя семья воочию убедились в существовании Франсины. Она реальна, и это значит, что с тобой всё в порядке. Почему ты от неё отвернулась?
    Обычно я не плачу по поводу и без повода, но в тот момент мне трудно было сдержать слёзы:
    — Потому что я должна жить в этом мире, д-р Реник. Я многое «вижу» и «слышу», и мне приходится с этим мириться. Я по горло сыта своими «странностями» и не хочу, чтобы их становилось еще больше. Я мечтаю стать учителем, а не объектом исследования психических отклонений!
    Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся:
    Слова вполне здравомыслящего человека.

    Наконец я успокоилась и улыбнулась ему в ответ. У меня до сих пор хранится написанный его рукой диагноз: «Здорова. Обладает паранормальными способностями?» Это заключение, даже с вопросительным знаком, значит для меня очень много, поскольку оно сделано глубоко уважаемым мною психиатром. С тех пор я никогда не подвергала сомнению своё психическое здоровье. Я нормальный человек с необычными способностями.
    Когда Франсина исчезла, мои родственники обменялись сделанными ими записями. Как выяснилось, все трое видели одну и ту же женщину и потом вплоть до малейших деталей одинаково описали её внешность. В тот памятный вечер я «ушла» с середины захватывающего «шоу», и теперь злилась сама на себя, что не досмотрела его до конца. Но разве можно было всё предугадать?

    Я предполагала, что моя внучка Ангелина — самая одарённая в нашей семье, и потому меня не удивило, когда она, четырёхлетняя малышка, заглянув однажды ко мне в ванную, поинтересовалась: «Багда (так она меня называет), за тобой повсюду ходит какая-то женщина с чёрными волосами. Кто она?» После моих лекций и выступлений на телевидении меня часто спрашивают, почему я не представила аудитории высокую темноволосую женщину, стоявшую у меня за спиной. Самое поразительное, что этот вопрос задают, в основном, самые «обычные» люди.
    Окончательно убедившись в существовании Франсины, целиком и полностью приняв её в свою жизнь, я стала подумывать о том, что её голос следует непременно изменить. Рискуя прослыть неблагодарной и капризной, я стала жаловаться Франсине на её «птичьи» трели. Мне хотелось, чтобы она говорила медленней и чтобы её голос звучал в более низкой тональности. Франсина в который раз объяснила мне, что она не может контролировать звук своей речи, когда он проходит из её измерения в наше. Она предложила следующее: если я войду в транс, она будет говорить «через» меня. Само собой, когда я вернусь в реальность, то ничего не смогла вспомнить, поэтому нужно заранее включить магнитофон, чтобы потом прослушать записанное на плёнку сообщение.

    Можно было бы просто сказать: «Не выйдет». Но мой ответ был еще менее вежливым. Сама мысль о том, чтобы одолжить собственные голосовые связки духу, противоречила моему твёрдому намерению не терять связи с реальностью. Франсина попыталась доказать, что состояние транса не только безопасно, но и полезно. По её словам, я в любой момент могу вернуться «обратно на землю». Я не сдавалась. Франсина пообещала обязательно провести такой эксперимент, как только представится случай. Она хотела, чтобы я познала состояние транса и испытала новые ощущения, но я наотрез отказалась и прекратила разговор.
    Это произошло несколькими днями позже, когда мы с моей лучшей подругой Мэри Маргарет пришли к доктору Роялу на занятие по гипнозу. Я помню, как меня усыпляли и как я затем пришла в сознание. Придя в себя, я выглядела не лучшим образом. Во время гипнотического сна положение моего тела изменилось. Я по-прежнему сидела на стуле, но уже не прямо, а наклонившись, так что моя макушка чуть ли не упиралась в пол между стопами ног.

    Я выпрямилась и огляделась. Увидев устремленные на меня взгляды нескольких пар округлившихся изумлённых глаз, я почувствовала себя крайне неловко и спросила, что случилось.
    И тут началось нечто невообразимое. Все, в том числе и д-р Роял, перебивая друг друга, стали возбужденно рассказывать, объяснять, выкрикивать и тараторить. То и дело слышались восклицания: «Слышала бы ты себя! Столько информации! Откуда ты это взяла?» Меня поразила одна фраза: «Как будто ты была кем-то другим». Наконец Мэри Маргарет прошептала мне на ухо: «Здесь была Франсина. Она говорила твоим голосом».

    «Какая-то нелепая ошибка, — подумала я. — Это невозможно!» Но Мэри Маргарет, моя ближайшая подруга, хорошо меня знала. Я рассказывала ей о своей духовной наставнице в течение многих лет. Похоже, пока меня «не было», Франсина не ограничилась одними словами приветствия. Произношение, интонация, лексика — всё, что она говорила, разительно отличалось от моей манеры изъяснения. Это заметила и Мэри Маргарет, и все остальные, поэтому ни у кого не возникло сомнений в том, что, как только я добровольно вошла в транс, в меня каким-то образом «вошла» Франсина. Кстати, ребятам она очень понравилась. Они надеялись, что Франсина «придёт» снова.

    Я была вне себя. В тот же вечер я вызвала Франсину на «очную ставку» и потребовала объяснений. Как она могла предать меня?! Какая подлость! Франсина бесстрастно напомнила наш предыдущий разговор. Она собиралась при первом же удобном случае продемонстрировать, каким образом я могла бы стать «каналом связи» между нашими измерениями. И как только я по собственной воле вошла в гипнотический транс, она воспользовалась представившейся возможностью. Это значит, что никакого обмана не было. Она же не силой заняла моё «место». Франсина просто хотела показать, что я ничем не рискую, предоставляя ей себя в качестве канала связи. Кроме того, контакт/ диалог поможет ей общаться с людьми, которые не обладают способностью «слышать», и она сможет передавать им нужную информацию.
    Я никогда не одерживала победу в спорах с моей духовной наставницей. Эта дискуссия не составила исключения. Франсина уговорила меня не отказываться от такого удобного способа связи и со своей стороны твёрдо пообещала не преподносить никаких сюрпризов. Она дала нерушимую клятву не занимать моё тело без предупреждения. Мне не придётся беспокоиться о том, что на глазах у аудитории или кого-либо из моих клиентов вместо меня неожиданно заговорит Франсина, потом я, затем опять явится Франсина…

    Она никогда не скажет ничего, кроме правды, и не навредит ни мне, ни другим. А самое главное, она будет применять «диалог» исключительно с целью просвещения. Франсина будет рассказывать людям о Другой Стороне и о вечной, абсолютной любви Господа. Она сказала, что, если у меня когда-нибудь возникнет малейшее подозрение, что она нарушила хотя бы одно из своих обещаний, я могу немедленно отказаться от «диалога» и перестать с ней общаться.
    Этот разговор состоялся сорок четыре года назад. Франсина сдержала своё слово. Она говорит моими устами только с моего согласия. Нужно отметить, что так она помогла многим людям. Жаль, что я могу слышать её слова лишь по окончании сеанса. Тем не менее у меня хранятся тысячи записей её лекций. Франсина не заимствует у меня ничего, кроме голоса. Все идеи принадлежат ей. Автор высказываний, записанных на плёнке, — Франсина. В отличие от меня, она говорит очень медленно, обдумывая каждую фразу. У неё невероятно богатый лексикон. По словарному запасу и глубине знаний Франсина далеко впереди меня, но она никогда не иронизирует по этому поводу, чего, будем говорить откровенно, не скажешь обо мне. Я, к великому неудовольствию Франсины, не склонна верить ей на слово, хотя ещё не было случая, чтобы мне удалось уличить её во лжи. Всякий раз я убеждаюсь, что она всегда говорит правду, и ничего кроме правды.

    Мой сын Кристофер, чрезвычайно талантливый медиум, предпочитает не экспериментировать с гипнозом, хотя отлично разбирается в нем. Обычно, когда Франсина «приходит» на моё «место», Кристофер покидает комнату. Он любит и ценит Франсину, но ему неприятно созерцать меня в состоянии транса. Ему становится не по себе, когда он видит, что я якобы есть. Это «якобы» означает, что на самом деле меня в моём теле нет. В связи с этим следует рассказать о Франсине кое-что ещё: она никогда не помогает мне готовиться к лекциям, проводить сеансы и выступать на телевидении. Откровенно говоря, я жалею об этом. Неплохо было бы «свалить» на неё ответственность за свои промахи. С другой стороны, вам не придётся угадывать, кто с вами говорит — я или Франсина. Если вы недостаточно хорошо меня знаете и вам трудно различать нас с Франсиной, не стоит из-за этого волноваться, поскольку она никогда не появляется без предупреждения.

    Когда мне исполнилось девятнадцать, я наконец примирилась с тем, что Франсина — реальная часть моей жизни. Вопреки моему намерению стать учителем, я вышла из колледжа квалифицированным гипнотизёром. Мне казалось, что с помощью своих знаний и уникальных способностей я буду помогать людям бороться с вредными привычками, например с курением или склонностью к перееданию. Для меня этого было бы вполне достаточно. Я и не мечтала, что выбранный мною путь приведёт меня к границе, отделяющей наш мир от Другой Стороны, и что у меня хватит мужества и веры пересечь эту границу.

    РЕГРЕССИВНЫЙ ГИПНОЗ И ДРУГАЯ СТОРОНА

    В моём первом браке, вопреки всем его бурям, произошло два события, которые согрели мою душу: я родила Пола и переехала со Среднего Запада в Северную Калифорнию, где начала профессионально заниматься гипнозом. С моего согласия Франсина читала лекции, которые приводили аудиторию в восторг. Кроме того, желая получить степень магистра в университете Сан-Франциско, я усиленно готовилась к экзаменам.
    В университете моим научным руководителем был Боб Уильямс. Он оказал колоссальное влияние на мою жизнь. Мы бесконечно долго говорили о метафизике и паранормальных явлениях и обсуждали «Улисса» Джеймса Джойса. Нередко наши беседы затягивались до глубокой ночи. Как-то раз Боб крайне удивил и меня, и моих сокурсников, объявив: «Эта миссис (тут он указал на меня) проведёт сеанс ясновидения и продемонстрирует свои необычайные способности. Ей нужна помощь добровольцев». В аудитории было полсотни человек, и все оказались добровольцами. «Теперь у меня не будет проблем с поиском клиентов», — подумала я.

    Однажды Боб привёл меня в скромный книжный магазин и указал на книги духовного целителя Эдгара Кейси, теософа мадам Елены Блаватской, философов Жан-Поля Сартра и Бертрана Рассела. Боб задумчиво посмотрел на полки с огромным количеством книг и сказал: «Идеи, изложенные в этих книгах, звучат в унисон с твоими идеями, Сильвия. Ты должна их прочесть».
    Я ответила, что уже читала эти книги. Он снисходительно улыбнулся: «Тогда прочти их снова, и на этот раз постарайся найти применение своим знаниям. Нельзя, чтобы знания лежали мёртвым грузом. Учись и учи других. Совершенствуй себя и помогай совершенствоваться другим. Организуй исследовательский центр. Это многих заинтересует, и ты распространишь знания. Твои действия могут принести больше плодов, чем труды любого из этих прославленных авторов. Тебе стоит только этого захотеть».

    Мы любили друг друга, и потому, наверное, он не совсем объективно оценивал мои возможности. Разве можно ставить меня на одну ступень с великим Эдгаром Кейси?
    Боб добавил: «Я верю в тебя. Действуй. Я помогу».
    Судьба не дала ему такой возможности. Боб собирался отправиться в Австралию. Я чувствовала, что он не вернётся, но, несмотря на моё предостережение, он всё-таки уехал. Домой Боб вернулся в сосновом гробу. В течение двадцати пяти лет после его гибели я постоянно думаю о нём. Я люблю Боба и ужасно по нему тоскую. Не проходит и дня, чтобы я не вспоминала о нем со словами благодарности.

    Вскоре после смерти Боба я с друзьями попала на лекцию одного очень известного в то время медиума. Этот человек живёт и здравствует и поныне, поэтому я не буду называть его имени. По мере того как я его слушала, в моей душе росло возмущение. Наконец лекция закончилась, пытка прекратилась. Я была чрезвычайно раздражена. Мои друзья пригрозили, что привяжут меня к стулу, если я не успокоюсь.
    Во время обеденного перерыва они стали выяснять причины моего негодования. Я обрушила на них лавину эмоций:
    — Хотите узнать, в чём дело?! Я скажу! Видите ли, только половину из того, что мы услышали на лекции, можно назвать правдой, да и то с оговорками. Остальное — стопроцентная ложь. Это факт. Я ничего не придумала. Люди пришли на лекцию в надежде получить объективные ответы на свои вопросы, а им бессовестно наврали!

    Мой друг, сидевший рядом со мной, произнёс:
    — Хорошо, и что ты собираешься делать?
    Я потрясенно уставилась на него — казалось, ко мне обратился Боб Уильямс собственной персоной. Я видела Боба и слышала его голос так же ясно, как если бы он сидел возле меня. Это действительно был он. И тут я поняла, что мне делать.
    Так возникла идея создания Центра Экстрасенсорных Исследований «Нирвана». Я посвятила его памяти Боба Уильямса. Деятельность «Нирваны» определяется двумя основными направлениями: духовное развитие человека и исследование жизни после смерти.

    В 1974 году «Нирвана» была официально зарегистрирована в штате Калифорния как некоммерческая организация. Как-то во вторник я поместила в местной газете объявление об открытии курсов духовного развития. Откликнулось двадцать два человека. В тот же вечер все они пришли ко мне домой. Моя маленькая гостиная, не рассчитанная на такое количество людей, буквально «трещала по швам». Каждый из этих двадцати двух человек рассказал о моих курсах другим двадцати двум людям, которые, в свою очередь, поделились информацией ещё с двадцатью двумя людьми, так что в конце концов мне пришлось искать средства для аренды нового помещения, где можно было бы разместить всех желающих. А их приходило всё больше и больше.
    К тому времени мои родители и сестра также переехали в Калифорнию. Я немедленно включила папочку и Шэрон в штат Центра, который насчитывал семь сотрудников, и мы вместе стали думать, как лучше организовать нашу работу. Каждый день я проводила сеансы считывания экстрасенсорной психической информации, а по вечерам, между лекциями Франсины, вела занятия. Кроме того, я старалась быть образцовой мамой и уделять максимум внимания моим сыновьям.

    И наконец, что не менее важно, я продолжила изучать гипноз. Потратив немало времени и сил, я стала дипломированным гипнотизёром и получила лицензию на право преподавания и выдачу свидетельств об окончании моих курсов. Некоторые из наших студентов стали моими сотрудниками. Поскольку мне приходилось возвращать клиентов к моменту их рождения, я заинтересовалась регрессивным гипнозом. Честно говоря, меня не привлекало исследование прошлых жизней. Поскольку идея переселения душ не казалась мне достойной внимания, моё отношение к вопросам реинкарнации было нейтральным. Меня занимали куда более важные вопросы.
    Однако вскоре после того, Как Центр «Нирвана» стал реальностью, с опытным медиумом Сильвией Браун произошло нечто поистине феноменальное. Тот унылый, пасмурный день, казалось, не предвещал ничего хорошего. Я проводила сеанс гипнотерапии для моего нового клиента, который попросил меня помочь ему избавиться от лишнего веса. Скажу без преувеличения, то, что произошло тогда во время сеанса, застало меня врасплох. Внезапно мой клиент потерял сознание и начал рассказывать о том, как он жил в Египте. При этом он полагал, что является строителем пирамид. Несколько сообщенных им любопытных подробностей об антигравитационных приспособлениях звучали настолько необычно, что мне трудно было в это поверить. Затем последовал долгий монолог, состоящий, казалось, из разрозненных бессмысленных слогов. Я подумала, что у клиента психотический припадок. Постороннее вмешательство опасно для человека в таком состоянии, поэтому я старалась сохранять спокойствие и молила Бога, чтобы мой «тихо помешанный» клиент не стал «буйным». Спустя какое-то время он так же внезапно пришёл в сознание. Я не верила своим глазам: передо мной опять сидел обаятельный, совершенно нормальный и спокойный человек.

    С его разрешения я послала запись сеанса моему другу-профессору в Стэнфорд и попросила дать объективную оценку тем удивительным метаморфозам, которые тогда происходили. Если мой клиент нуждался в помощи психиатра, я была готова отвезти несчастного к специалисту. С другой стороны, если с клиентом произошло то же, что и с Брайди Мерфи, он нужен был мне как участник необычайного эксперимента.
    В 1952 году гипнотизёр Мори Бернштейн записал несколько сеансов, которые он проводил для женщины по имени Вирджиния
    Тайг. Пребывая в гипнотическом трансе, она назвала себя Брайди Мерфи и заявила, что живет в Ирландии в девятнадцатом веке. Во время сеансов она говорила по-ирландски, с сильным провинциальным акцентом, пела ирландские песни и, подробно описывая события столетней давности, рассказывала о своей жизни в маленьком городке Корк. Книга Бернштейна «В поисках Брайди Мерфи» стала бестселлером. Меня интересовала эта история, но я ещё не решила, стоит ли в нее верить.
    Спустя три дня после того, как я отправила плёнку в Стэнфорд, раздался телефонный звонок. Я подняла трубку и услышала взволнованный голос: «Откуда у вас эта запись?!» Я никак не ожидала от обычно сдержанного профессора такой эмоциональности и осторожно поинтересовалась: «Почему вы спрашиваете?»

    Как выяснилось, он и его коллеги трое суток, не смыкая глаз, изучали запись моего сеанса. То, что они выяснили, привело их в смятение: «разрозненные слоги», которые я принимала за бред сумасшедшего, в действительности оказались речью на забытом древне-ассирийском языке. В семнадцатом веке до нашей эры на этом наречии говорили в основном строители пирамид.
    На всякий случай я позвонила своему клиенту и спросила: «Кажется, вы владеете древне-ассирийским?» Думаю, к концу нашей беседы он решил, что я не в своём уме. Наверное, определённые сомнения начали закрадываться в его душу уже в тот день, когда по окончании сеанса я стала задавать ему весьма странные вопросы.

    Благодаря этому случаю я нашла область применения для регрессивного гипноза. Теперь я не ограничивалась лишь одной, нынешней, жизнью клиента. Если во время сеанса регрессивного гипноза всплывала информация из прошлого, я, оставаясь сторонним наблюдателем, отправляла клиента назад во времени, туда, где остались корни его нерешённых проблем. Поначалу я полагала, что регрессии в предшествующие жизни будут редким явлением. Ничего подобного. Я осторожно уводила своих клиентов через момент их рождения в этой жизни назад, в далёкое прошлое. В результате один за другим, сначала десятки, потом сотни и, наконец, тысячи клиентов подробно описывали свои прошлые жизни. Многочисленные истории моих клиентов изучаются сотрудниками «Нирваны». Каждый случай рассматривается в отдельности. Полученная информация проверяется по материалам огромного архива Сен-Бруно. Так, например, мы нашли сведения, подтверждающие, что женщина по имени Селена Франклин действительно жила в 1843 году в Пеории, штат Иллинойс. У неё были две дочери, Маргарет и Марион, и муж Вильям, фермер, занимавшийся продажей пшеницы. Мы записываем все истории, если их реальность можно подтвердить документально. Сегодня в моём офисе хранятся тысячи таких свидетельств.

    Регрессивный гипноз даёт потрясающие результаты. Он исцеляет подобно живой воде. По моим наблюдениям, когда выявляются истинные причины несчастий, похороненные в подсознательных воспоминаниях предыдущих воплощений, состояние клиентов с необъяснимыми фобиями и хроническими болезнями как минимум улучшается, а в большинстве случаев наступает полное выздоровление. Это открытие вдохновило меня на интенсивные исследования. Если речь идёт о душевном и физическом здоровье человека, мне нужно знать всё о методах исцеления, независимо от того, что является панацеей — реинкарнация или жираф в крапинку.
    Результаты своей работы я постоянно обсуждала с несколькими коллегами. Среди них был д-р Билл Яброфф, профессор психологии, преподававший в университете Санта-Клары. Такой же, как и я, неутомимый исследователь, он подвергал сомнениям всё и вся. При этом у него было особое отношение к сведениям о прошлых жизнях. Я рассказывала ему совершенно невероятные истории моих клиентов, приносила шокирующие записи сеансов, но он ни разу не воскликнул: «Какая нелепость! Абсурд!» Всякий раз он увлечённо говорил: «Почему бы нам это не проверить!» Я бесконечно признательна ему.

    Когда он успешно провел самое захватывающее исследование в своей практике, я, в некотором смысле, «отсутствовала». Дело в том, что его увлекла идея познакомиться с Франсиной. Он посетил несколько её лекций по богословию, послушал, что она рассказывала о Другой Стороне, и в конце концов попросил меня войти в транс, чтобы он мог поговорить с Франсиной и кое-что у неё узнать. Я сама постоянно устраивала Франсине своеобразные проверки, задавая ей каверзные вопросы, и потому меня не пришлось долго уговаривать. Билл надёжный человек. На него можно было положиться. Кроме того, я знала, что он относился к Франсине с уважением и готов был верить ей.
    Однажды вечером он уединился с Франсиной в моём офисе, у Билла имелся список из двадцати имен умерших больных, выбранных им наугад из сотен историй болезней, хранившихся у него и в картотеках его коллег. Он зачитывал эти имена, а Франсина называла причины смерти пациентов. План Билла выглядел достаточно просто: если Франсина действительно «вещает» с Другой Стороны, у неё должен быть доступ к нужной информации. В противном случае ей придётся выдумывать ответы, и она непременно провалит экзамен.

    Франсина подробно описала причины смерти девятнадцати из двадцати пациентов. Казалось, она досконально знала результаты патологоанатомических исследований. Не ограничиваясь краткими ответами вроде «огнестрельное ранение» или даже «огнестрельное ранение в голову», она говорила, например, следующее: «Нанесённое самому себе огнестрельное ранение в правый висок. Рана сквозная. Выходное отверстие под левым ухом».
    Ответы Франсины ошеломили Билла. Невероятно, но она очень точно определила причины смерти девятнадцати из двадцати пациентов. Билл изначально допускал, что Франсина могла «подсмотреть» его мысли, и потому, составляя список имен, старался не смотреть на заключения врачей, поскольку не хотел, чтобы в его памяти запечатлелась информация, которую она могла бы «прочесть». То есть он не мог бессознательно «подсказать» Франсине ответы, так как и сам их не знал. И все же Франсина сдала устроенный им экзамен на «отлично».

    Лишь в одном случае ответ Франсины отличался от медицинского заключения. В историю болезни пациента, умершего от передозировки наркотиков, вкралась ошибка. По словам Франсины, наркотик, вызвавший его смерть, был изготовлен из трёх веществ. В заключении патологонатомов упоминались лишь два компонента. Неуемное любопытство Билла заставило его провести небольшое расследование. Он позвонил родственникам покойного и, к своему величайшему изумлению, узнал, что они, оказывается, уже потребовали произвести повторное вскрытие. В результате выяснилось, что смерть этого пациента наступила от передозировки наркотика, изготовленного из трёх, а не двух компонентов.
    Биллу нравилось рассказывать эту историю во время лекций. Он неизменно добавлял: «Сильвия делает значительные успехи». Несмотря на мои уверения, что Франсина заслуживает признания в большей степени, чем я, он оставался непреклонным в своём стремлении увенчать меня лаврами.

    В то время мои друзья, специализировавшиеся в области психиатрии, психологии и медицины, интенсивно изучали проблему реинкарнации. Мы постоянно советовались друг с другом и делились результатами своих наблюдений. Наконец мы решили провести в один из выходных дискуссию на тему наших исследований. Когда мы вошли в аудиторию, нас уже ждали. Сначала я чувствовала себя «не в своей тарелке». Несмотря на то что нам оказали радушный приём, я боялась, что вот-вот кто-нибудь произнесет с иронией: «Поприветствуем великолепную пятёрку Самых Прославленных Докторов… и Сильвию!» Но у меня с собой было впечатляющее количество плёнок с записями документально подтверждённых регрессий моих клиентов в их прошлые жизни, и я верила, что работаю на общее благо, поэтому мое смущение длилось недолго. В конце концов, я действительно верила в собственные силы.
    До начала диспута мы обсудили возможность проведения сеанса регрессивного гипноза без предварительной подготовки, прямо на сцене. Правда, нам нужен был доброволец из зала. Коллег терзали сомнения, но я, как всегда, решительно заявила: «Получится, значит, получится. Если нет, то нет. Мы не узнаем этого, если будем сидеть сложа руки. Нужно действовать».

    Свою помощь предложили сразу несколько добровольцев. Я остановила свой выбор на привлекательном, хорошо одетом молодом человеке. По выражению его лица можно было понять, что он вовсе не собирался верить в «блеф», называемый реинкарнацией, однако готов терпеливо выслушать «шаманов» и проявить к ним снисхождение — так, на всякий случай, вдруг в этом что-то есть?
    Перед началом сеанса я спросила этого молодого человека, нет ли у него жалоб на здоровье, не страдает ли он от каких-нибудь душевных недугов. Может быть, ему отравляют жизнь беспричинные страхи или фобии? Он рассказал о безуспешных попытках ортопедов избавить его от непрекращающейся боли в правой стопе. Врачи применяли разные методики лечения, но ничего не помогло. Боль не проходит. Кроме того, он признался, что боится быть осмеянным. Как бы он ни преуспевал в жизни, его постоянно преследует страх, что люди смеются над ним за его спиной. Ему кажется, что его видят насквозь, со всеми его недостатками, и за глаза осуждают.

    Он прекрасно подходил для сеанса регрессивного гипноза. Его было легко загипнотизировать. Я провела его через воспоминания нынешней жизни, чтобы аудитория увидела, как выглядит процесс регрессивного гипноза, и чтобы подопытный справился с волнением. Кроме того, я хотела убедить присутствующих, что вся информация исходит от него, а не от меня. Я всего лишь наблюдатель. Он сам, без моей помощи, идёт дорогой своей жизни назад, к рождению… к моменту зачатия… И вот наконец он достиг предыдущей жизни.
    В следующую минуту все увидели, как, без какого бы то ни было вмешательства с моей стороны, правая стопа молодого человека вывернулась внутрь, как если бы она была изувечена. Изменилась его осанка. От внешнего лоска и показной самоуверенности не осталось и следа. Перед нами оказался похожий на тень слабый, робкий человек. Извиняющиеся глаза, сутулые плечи, безвольно упавшие руки — весь его облик вызывал смешанное чувство жалости и отвращения. спросила его, какой сегодня день. Ответ поверг аудиторию в изумление. Наш молодой человек пребывал в 1821 году. Значит, его нынешние проблемы возникли сто пятьдесят четыре года назад.

    Он назвался другим именем, не тем, которое произнёс, поднявшись на сцену. К тому же он полагал, что находится в маленьком городке в Вирджинии, а не в мегаполисе в Северной Калифорнии. За свою короткую жизнь он познал лишь унижения, страдания и боль. Причиной всех его бед было врождённое уродство — сильно искривлённая правая стопа. Несчастного калеки стыдились родители, в школе ему постоянно приходилось терпеть издевательства и насмешки. Одноклассники не давали ему покоя, жестоко подшучивая над его увечьем. Его невыносимое существование длилось недолго.
    Сомнительные мероприятия, «подсадные утки», нечестная игра — я всегда этого избегала. Я никогда не поставлю под удар свою репутацию, не стану рисковать карьерой, делом всей моей жизни ради дешёвого трюка. Даже если бы я поддалась соблазну и решила прибегнуть к помощи подставного лица, всё равно мне не удалось бы найти человека, способного продемонстрировать влияние прошлых жизней на настоящее более эффектно, чем этот молодой человек. Из одной жизни в другую мы несём страдания, укоренившиеся в памяти клеток нашего тела. Обнаружив источник боли и страха, мы можем навсегда избавиться от истязающих наши души клеточных воспоминаний. Показательный сеанс регрессивного гипноза прошёл успешно. По прошествии нескольких месяцев молодой человек сообщил, что его правая стопа перестала болеть. Он больше не боялся быть осмеянным. Его жизнь наладилась.

    Даже самый недоверчивый исследователь рискует прослыть глупцом, если он, миллион раз повторив один и тот же эксперимент и миллион раз получив одинаковый результат, будет упорно ставить под сомнение многократно подтверждённые факты. Хотелось бы подчеркнуть: я не дружу с глупостью. Я была свидетелем тысяч регрессий. На моих глазах клиенты буквально преображались, заново переживая события своих предыдущих жизней.
    Я исследовала тысячи отчётливых воспоминаний и смогла найти им документальные подтверждения. В результате я убедилась, что Франсина, как всегда, права: по справедливому замыслу Господа, любящего и жалеющего нас, наши души благодаря реинкарнации получают возможность постоянно учиться, становиться сильнее, совершенствоваться. Я поверила в реинкарнацию отнюдь не потому, что мне хотелось в нее верить. Просто у меня слишком много доказательств реинкарнации, чтобы я могла ее отрицать.

    Если воспоминания из прошлых жизней моих клиентов оказались правдивыми, как я могла подвергнуть сомнениям и другие их воспоминания, тем более что они звучали совершенно одинаково в изложении самых разных людей? Я неоднократно слышала описания одного и того же удивительного мира, где все мои клиенты чувствовали себя невыразимо счастливыми. Они делились радостными воспоминаниями о времени, проведённом на Другой Стороне — между смертью в прошлой жизни и рождением в нынешней.
    Я проводила сеансы регрессивного гипноза для тысяч людей всех рас, культур и вероисповеданий. Ко мне обращались приверженцы разных религий: методисты, буддисты, иудеи, мусульмане, адепты даосизма и синтоизма. В каждом случае, я подчёркиваю — в каждом, описания жизни после смерти, подробности пребывания на Другой Стороне совпадали. Единственное расхождение заключалось в том, что звучавшую в «том» мире чудесную мелодию одни люди слышали при первом же сеансе регрессии, а другие — после нескольких регрессий. Этот нюанс — всего лишь волоконце, единственная тончайшая ниточка различия, которая не может исказить целостный узор на полотне, сотканном из воспоминаний тысяч людей. Имеются неоспоримые доказательства того, что у всех нас есть общий Дом, который мы покидаем, чтобы пройти очередной жизненный путь. Когда наша земная жизнь заканчивается, мы возвращаемся обратно — Домой. Если мы посмотрим на землю «оттуда», то заметим, насколько смешны все наши страхи и насколько нелепы возникающие в нашем мире разногласия и предрассудки.

    Сведения, подтверждающие достоверность воспоминаний о минувших жизнях, я ищу в архиве Сен-Бруно. Для подтверждения достоверности воспоминаний о жизни на Другой Стороне у меня есть иные, не менее компетентные источники:
    Франсина, моя духовная наставница с Другой Стороны. С тех пор как мне исполнилось семь лет, она всегда рядом со мной; Франсина не устаёт описывать свой мир и отвечать на мои бесчисленные вопросы.
    Личный опыт. Я сама испытала околосмертное состояние. В третьей главе я опишу и это состояние, и мои астральные путешествия на Другую Сторону, когда душа, покинув тело, самостоятельно исследует мир.
    Свидетельства других людей. Многие мои клиенты делились информацией о своих околосмертных переживаниях.

    Истории астральных путешествий на Другую Сторону, записанные со слов десятков тысяч клиентов, большинство из которых не понимали, что они испытали. Некоторые из них поначалу даже не решались рассказывать мне о своих странствиях в другом измерении, поскольку опасались, что я отправлю их в клинику для душевнобольных.
    Коллекция подробных описаний жизни на Другой Стороне. Эту коллекцию я постоянно пополняю рассказами самых надёжных и любимых мною людей: бабушки Ады, моего сына Кристофера, внучки Ангелии, моих сотрудников, а также священников церкви «Novus Spiritus», которыми, кстати, были запечатлены места, посещаемые ими на Другой Стороне. Вы найдёте эти превосходные иллюстрации в конце книги. ♦ Аудиозапись с Другой Стороны. Кроме записей сообщений Франсины, эта, пожалуй, самая впечатляющая. Не знаю, смогла бы я поверить в то, что записано на плёнке, если бы лично не увидела и не услышала происходившее тогда во время сеанса.

    Это случилось двадцать лет назад. Я проводила сеанс регрессивного гипноза для моей сорокалетней клиентки Сьюзен. Как обычно, магнитофон был включён. Оказавшись на Другой Стороне, то есть между нынешней земной жизнью и прошлой, Сьюзен стала описывать величественное, увенчанное куполом, здание. Внутри здания она увидела тянувшиеся вдоль стен бесконечные ряды полок со свитками. Я поняла, что Сьюзен рассказывает о Хранилище Записей. Прочитав следующие главы, вы поймёте, почему я так легко его узнала.
    Надо заметить, в моей жизни такое произошло один-единственный раз. Ни до, ни после этого сеанса я не переживала ничего подобного. Сьюзен продолжала бродить по Хранилищу Записей и подробно его описывать. И вдруг до меня дошло, что я уже не «зритель», а участник действа. Я — на Другой Стороне вместе с моей клиенткой! Я была потрясена и взволнована, и все-таки мне удалось взять себя в руки. Чтобы не помешать Сьюзен, я молчала.

    Впрочем, мне и не нужно было ничего говорить.
    — Ты здесь?! — удивилась она. Я не ответила.
    Мы продолжили нашу экскурсию по Хранилищу Записей. Сьюзен не переставала делиться со мной своими наблюдениями, тогда как я молча следовала за ней, видя всё это собственными глазами. Когда мы достигли противоположного конца Хранилища, я заметила красивую темноволосую женщину в длинном голубом платье из тончайшего шёлка. Она направлялась в нашу сторону. Я знала, что это Рейчел, духовная наставница Сьюзен.
    Сьюзен по-прежнему не нуждалась в моих комментариях. Она произнесла:
    — Кто-то идёт к нам.

    Стараясь не выдать своего волнения, я тихо спросила:
    Кто это?
    Какая-то женщина. У неё тёмные волосы. Мне почему-то кажется, что она моя духовная наставница.
    В этот момент Рейчел увидела нас и воскликнула:
    — Сьюзен!
    Не успела я опомниться, как Сьюзен, задыхаясь от изумления, вымолвила:
    Ты это слышала?
    Что именно? — моё сердце колотилось так сильно, что едва не выпрыгивало из груди.
    Она произнесла моё имя, — благоговейно прошептала Сьюзен.

    Впоследствии, перематывая магнитофонную пленку, чтобы еще раз прослушать эту запись, мы не просто дрожали от волнения, мы трепетали в мучительном ожидании.
    И снова мы слышали мой голос:
    — Кто это? Голос Сьюзен:
    — Какая-то женщина. У, неё тёмные волосы. Мне почему-то кажется, что она моя духовная наставница.
    А потом так же отчётливо прозвучал третий голос:
    — Сьюзен!

    Я бережно храню эту запись. У меня имеются и другие плёнки, на которых голоса с Другой Стороны слышны в этом измерении. Обитатели Другой Стороны хотят привлечь наше внимание к тому, что жизнь продолжается и после физической смерти.
    Некоторые скептики, мнящие себя величайшими умами человечества, утверждают, что воспоминания из прошлых жизней моих клиентов и астральные путешествия на Другую Сторону — не более чем галлюцинации, вызванные кислородным голоданием. Я бы не отказалась от удовольствия пообщаться с этими «учёными мужами» и услышать, чем они обосновывают подобные «теории». Пусть эти люди попробуют объяснить, каким образом мне удалось лишить кислорода тысячи моих клиентов, сотрудников, священников, а также сына и собственную внучку и почему никому из них не приходит в голову пожаловаться на мой «махинации с воздухом».

    По мнению других «правдолюбцев», я распространяю антирелигиозные идеи. Такая точка зрения меня всегда поражала. Позвольте заметить, большинство мировых религий проповедуют идею вечной жизни. Мы продолжаем жить и после физической смерти. Но тогда почему кто-то считает противоестественным общение с душами умерших?
    Кроме того, неоспоримые доказательства истинности моих убеждений я обнаружила исключительно благодаря своей всепоглощающей страсти к исследованию вопросов религии и духовности.

    * * *

    Глава 2. Религия и другая сторона: больше вопросов, больше ответов
    Глава 3. “Смерть”: Начало нашего путешествия на Другую сторону.
    Глава 4. В конце туннеля: По прибытии на Другую сторону
    Глава 5. Облик Другой стороны: Её пейзажи, погода, архитектура
    Глава 6. Наше жизненное пространство на Другой стороне
    Глава 7. Местные жители: Кто ждет нас на другой стороне
    Глава 8. Наша деятельность на другой стороне
    ГЛАВА 9. ОБРАТНЫЙ ПУТЬ: ВОЗВРАЩАЕМСЯ С ДРУГОЙ СТОРОНЫ НА ЗЕМЛЮ
    ГЛАВА 10. ПРОЩАНИЕ
    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    Вы сможете больше узнать о Сильвии Браун, посетив её вебсайт: www.sylvia.org

    Скачать в формате RTF (DOC)(177 КБ)

    источник

    Besucherzahler ukrain women